Поиск:

УПРАВЛЕНИЕ ВОДОХОЗЯЙСТВЕННОЙ ОТРАСЛЬЮ

15.02.2018 21:28:00 

Нарастающий дефицит пресной воды в мире требует разработки мероприятий по сохранению природных вод и экономному использованию водных ресурсов. Значимость водных объектов в качестве основы жизни и деятельности человека, приоритет охраны водных объектов перед их использованием должны подкрепляться совершенствованием управления водохозяйственным комплексом страны. Назрела необходимость создания в стране единого органа в водном секторе экономики.

Водные ресурсы объективно не вписываются в систему принятых понятий «природные ресурсы» как локальных геологических природных структур (образований), а являются ограниченно восполняемым физически неразрывным природным элементом (как воздух), антропогенное и климатическое воздействие на который в любой его части оказывает влияние на весь водный бассейн, включая как поверхностные, так и подземные воды. Кроме того, любой водный объект имеет порог допустимого антропогенного воздействия, который определяется климатическими факторами на территории водосбора и при превышении которого наступает его экологическая деградация с растянутыми и нарастающими во времени негативными последствиями для окружающей природной среды, и как следствие – для отраслей экономики и социума.

Соответственно, управление экологически безопасным водопользованием жизненно необходимого природного ресурса требует высокопрофессионального подхода с прогнозной оценкой последствий антропогенного воздействия на весь природный комплекс бассейна водного объекта с минимизацией и компенсацией экологического ущерба (бассейновый подход). Не случайно, что в СССР подземные (артезианские) воды признавались стратегическим резервом страны для будущих поколений и на случай возникновения чрезвычайных ситуаций в виде резервного источника водообеспечения населения, что в современной России практически забыто.

Сложившаяся практика деятельности и возможности влияния агентства Росводресурсы в составе Минприроды России при либеральной рассредоточенной модели управления экономикой страны, как по участию в планировании водохозяйственного обеспечения социально-экономической и природоохранной политики, так и эффективному управлению сбалансированным взаимодействием отраслевых и субъектных водопользователей в границах бассейнов главных водных объектов с экологически допустимыми воздействиями на водные ресурсы, однозначно свидетельствует о недееспособности сложившейся системы управления водным хозяйством страны. Причины: в первую очередь – это отсутствие единого юридического хозяина водных объектов с надотраслевой государственной ответственностью за принимаемые решения по общему (многоотраслевому) безопасному бассейновому водопользованию; дефицит законодательных мер и инструментов принуждения к выполнению нормативно допустимых воздействий к водопользователям всех уровней на фоне дефицита выделяемых финансовых ресурсов и инвестиций (в т.ч. невозможность их концентрации на важнейших направлениях) и острейший дефицит в управляющих структурах профессиональных кадров с базовым образованием и профильным опытом работы на реальных объектах. Во вторую очередь: отсутствие обоснованной  концепции и плана  сбалансированного  по срокам и объемам обеспечения водохозяйственными и водоохранными мероприятиями Государственной стратегии развития отраслей экономики страны (регионов, бассейнов водных объектов) на среднесрочную и долгосрочную перспективу по наличным водным ресурсам и условиям социально-экологической безопасности.

Следует подчеркнуть, что речь идет не столько о концентрации власти государственного управления отраслью, а сколько о концентрации власти обоснованного комплексного и сбалансированного управления реализационными мероприятиями для обеспечения эффективного и допустимого многоотраслевого использования и необходимой охраны водного фонда бассейнов водных объектов страны. При этом частная собственность на водохозяйственные и природоохранные объекты отнюдь не отторгается, но законодательно вводится и удерживается в рамках допустимого диапазона воздействия на водные ресурсы и природные объекты.

Здесь необходимо отметить, что включение режима «ручного управления» в решение накопившихся проблем при возникновении чрезвычайных ситуаций на водных объектах на перспективу практически не работает (например, как в случаях возникновения паводковых ситуаций на рр. Лене и Амуре или возникновения засух в периоды пониженной водности на р. Дону в 2009-2015 гг., или превышения допустимых объёмов водопользования – рр. Дон, Самур, реки Крымского полуострова и др., или залпового загрязнения водных объектов, или опасность прорыва отдельных плотин и т.д.). С его помощью можно лишь купировать конкретную ситуацию в конкретное время, но при этом проблема её повторного возникновения не снимается, а переходит в уровень «отложенных» или «отсроченных» на неопределённое время, пополняя комплекс ранее накопившихся и системно не решаемых проблем. При этом, естественно, лишь усугубляются экологические негативные проблемы на водном объекте как замыкающем элементе восприятия антропогенного воздействия. И ведёт в будущем лишь к увеличению рисков водопользования и дополнительным финансовым затратам в бассейне конкретного водного объекта в целом.  

Подобные ситуации решаются исключительно  реализацией в плановом порядке научно обоснованного комплекса упреждающих превентивных водохозяйственных и природоохранных мероприятий на основе бассейновых Схем комплексного использования и охраны водных объектов (СКИОВО), исполняемых профессиональными организациями, согласованных отраслевыми водопользователями, администрациями субъектов РФ и государственной экспертизой. Именно в рамках СКИОВО вырабатываются граничные условия допустимого антропогенного воздействия на водные объекты и их участки. Иными словами – разрабатывается каркас базовых водохозяйственных и природоохранных мероприятий в бассейне водного объекта, который подлежит безусловному исполнению всеми участниками водохозяйственного комплекса водного объекта, включая и региональные власти.

Анализ и оценка современного состояния водных объектов России, и, что более важно – динамики нарастания мало регулируемого Агентством негативного антропогенного воздействия на водные объекты и ресурсы, а также прогнозируемое изменение климатических условий формирования водных ресурсов с нарастанием частоты и мощности негативного воздействия вод, безусловно требуют введения единого и строгого государственного управления водным фондом страны и оперативным управлением финансовыми ресурсами отрасли. Эффективное управление водным фондом, сочетающим экономические, хозяйственные, экологические и социальные интересы не только настоящего, но и будущих поколений, однозначно требует соответствующей над/межотраслевой структуры, обладающей нормативно-правовыми, хозяйственными, научными, проектными, контрольными и экспертными функциями в отношении водопользования. В современной системе госуправления – это должна быть структура по типу федерального министерства. Необходимость его создания поддерживается практически всем профессиальным сообществом специалистов-водохозяйственников и научных работников страны и подтверждается практикой управления водными ресурсами наиболее развитых зарубежных стран.

Интересно, что некоторые разногласия отмечаются и внутри профессионального сообщества специалистов водного хозяйства, заключающиеся в вопросе – как убедительнее сформулировать и обосновать высшему руководству страны необходимость создания единой централизованной государственной структуры управления водным фондом России? (что в условиях оптимизации структур управления отраслями стало традиционно и для ряда других отраслей). При этом необходимо учитывать, что создание такой структуры неизбежно вызовет определённое противодействие со стороны, как региональных органов власти, так и отраслевых «оптимизированных» структур водопользователей и лоббистских групп ввиду ограничения области и возможности принятия ими соответствующих управленческих решений, преодолеть которые, вероятно, возможно лишь на уровне высшего руководства страны и Федерального Собрания. 

Особую сложность управления внутренним водным фондом представляют трансграничные водные объекты страны. Поверхностные и подземные водные объекты, которые, пересекают границу между двумя или более иностранными государствами или по которым пролегает Государственная граница РФ, являются международными трансграничными (пограничными) водными объектами. А с учётом предоставленной социально-экономической самостоятельной деятельности субъектам РФ во внутригосударственных водных отношениях к ним можно также отнести объекты, водосборная территория которых расположена в границах двух и более субъектов РФ.

Сложившаяся к сегодняшнему дню практика показала, что хозяйственно-управленческие функции и принятие решений о реализационных мероприятиях выполняют административные власти соответствующих уровней на местах с привлечением бюджетных (как правило, субсидий или кредитов), внебюджетных средств и инвестиций, в первую очередь в собственных (субъектных), а не государственных интересах.  При этом, водные и природоохранные службы, как практически не имеющие бюджетного финансирования, осуществляют лишь контролирующие функции и условное согласование (часто вынужденно) планируемых администрациями мероприятий, а служба мониторинга оперативного состояния водных ресурсов возложена на Росгидромет и собственников. В результате администрациям субъектов РФ предоставляется доминирующее право и условия пользования водными и земельными ресурсами водного фонда (в т.ч. и на затапливаемых паводками поймах рек)  хозяйствующим субъектам и частному сектору, дающим наибольшие налоговые отчисления в региональные бюджеты и финансовые поступления от продажи (аренды) земель, часто в ущерб комплексному многоотраслевому водопользованию и экологии.

Согласно определению ООН, «Кризис водных ресурсов – это, прежде всего, кризис управления». В качестве основных причин развития кризисных ситуаций эксперты ООН отмечают: отсутствие юридически ответственных (централизованных) ведомств по комплексному  использованию и охране бассейнов водных объектов и ресурсов; разобщённость институциональных структур (сугубо секторальный подход и дублирующие друг друга и/или конфликтующие между собой организации, принимающие решения по водопользованию); конфликт интересов между государственными интересами,  отдельными территориями и водопользователями (участниками водохозяйственного комплекса);  непредсказуемость в применении законов и несогласованность отраслевых нормативных документов; коррупционность в принятии управленческих решений; и уже во вторую очередь – дефицит естественных ресурсов на водных объектах. Все изложенные причины развития кризисных ситуаций в водохозяйственной отрасли России  имеют место быть.

К важнейшей потенциально значимой функции внутренних водных путей страны следует отнести воднотранспортные связи: на Европейской территории России – геополитические и мультимодальные; в Сибири и на Дальнем Востоке – «северный завоз»; на Дальнем Востоке в бассейне р. Амура – международные и региональные связи. Для её реализации необходимы: гарантированное обеспечение сроков доставки грузов водным транспортом, безопасность проводки судов, обустройство водных путей и портов, прилегающей инфраструктуры в сочетании с низкими тарифами. На Европейской территории России основу воднотранспортных связей обеспечивает созданная Единая глубоководная система (ЕГС), общей протяжённостью около 6,5 тыс. км, связывающая 5 морей – Белое, Балтийское, Каспийское, Азовское и Чёрное с проектной гарантированной глубиной водных путей 4,0 м и рассчитанной на пропуск судов класса «река – море». Для поддержания её работоспособности и безопасной проводки судов требуется её модернизация, частичная реконструкция, увеличение проточности в летнюю межень на незарегулированных участках рек Волги и Дона и увеличение эксплуатационных затрат на поддержание габаритов водных путей (около 1,8 тыс. км – 25% протяжённости ЕГС). На водных путях Дальнего Востока – более значительная программа мероприятий, включая обустройство портовых и ряда гидротехнических сооружений. В целом, Россия обладает уникальными географическими и геополитическими условиями для эффективного и выгодного для экономики страны использования данной функции водных объектов при надлежащей системе управления водным фондом.

Эффективное дееспособное техническое состояние всей водохозяйственной системы обеспечивается соответствующими отраслевыми эксплуатационными службами. В частности, к одной из важнейших задач эксплуатации водных объектов относятся землечерпательные (дноуглубительные) работы в руслах рек и ложа водохранилищ, обеспечивающих очистку, поддержание их нормативных водохозяйственных и  экологических  параметров, одновременно участвующих, в том числе, и в обеспечении защиты территорий от наводнений. Эта задача особенно важно для вододефицитных судоходных водных объектов (например, Верхняя и Нижняя Волга, Дон, Амур, Лена и пр.). К сожалению, приходиться констатировать катастрофическое недофинансирование содержания даже внутренних водных путей (ВВП) без учёта иных участков рек и ложа водохранилищ в последние годы: соотношение удельных расходов федерального бюджета (в руб./км) на содержание и развитие инфраструктуры ВВП и автодорог в среднем за последние шесть лет составило по текущим затратам – 1:30, по капитальным – 1:12 (из «Стратегии развития внутреннего водного транспорта Российской Федерации на период до 2030 года», от 29.02.2016 г. №327-р). При том, что «содержание водных путей обходится в 50 раз дешевле, чем автомобильных или железнодорожных той же протяжённости; а расходы на перевозку грузов речным транспортом в 8 раз меньше, чем на железных дорогах, и в 20 раз меньше, чем при перевозке грузовиками» (АН , № 21 от 02.06.2016 г.). По обобщённым данным Евросоюза, водный транспорт является наиболее экономичным, безопасным и экологически чистым видом транспорта: на расстояние 1 км при расходе 1 л горючего можно перевести автотранспортом 50 т грузов, железнодорожным – 97 т, речным – 127 т при затратах на поддержание международных экологических требований для перевозки грузов на 1 тыс. км  соответственно – 35 евро, 15 евро и 10 евро.

Во всех экономически развитых странах водный транспорт является наиболее эффективным и востребованным средством перемещения грузов и пассажиров, занимая в общих транспортных перевозках значительную долю (в зависимости от протяжённости и глубины главных водных объектов): в Германии и Бельгии – 13-14%, в Нидерландах – до 44,2%, в Венгрии и Австрии – 5-6%, Люксембурге – 7,5%, в целом по ЕС – более 6,5%. В России при значительной большей транспортной пропускной способности водных объектов – не превышает 3,5-4%. На фоне сложившейся перегруженности сухопутных транспортных коммуникаций, возникающих экологических проблем, особенно в Европейской части страны, и объёмов вложений финансовых ресурсов, выше приведённые сведения хорошо иллюстрируют низкую эффективность управления  использованием коммуникационных возможностей водных объектов, включая международные транзитные транспортные связи и потенциальные возможности внутренних водных путей.

Необходимо отметить, что всё современное водопользование в Российской Федерации основывается на Водном законодательстве страны, в первую очередь – на Водном кодексе РФ, где совершенно чётко определены приоритеты удовлетворения требований водопользователей при комплексном использовании водных объектов и ресурсов, где наивысшим приоритетом обладают требования водоснабжения населения и приоритет охраны водных объектов перед их использованием, но при этом также и на отраслевых кодексах, которые дают право самостоятельного (что недопустимо без согласования с государственной экологической экспертизой) принятия решений по использованию водного фонда (водных ресурсов и затапливаемых паводками территорий и др.). В настоящее время на зарегулированных водохранилищами водных объектах вопросами оперативного управления водным режимом стока (в частности, на Волго-Камском каскаде) занимаются межведомственные рабочие группы при центральном аппарате Росводресурсов и его территориальных органах – бассейновых водных управлениях (всего таких групп – 21), которые учитывают, в том числе (а, по сути – в первую очередь), платежеспособность водопользователей, что позволяет им смягчать обязательность последовательности удовлетворения требований Закона по отдельным водопользователям. При этом, в наилучших условиях из хозяйственных отраслей практически всегда оказывается энергетика, в наихудших – население и экономика затопляемых территорий, экологические, судоходные и рыбохозяйственные попуски.

Практическая возможность эффективного управления водным фондом тесно связана со стабильным во времени финансированием водохозяйственных мероприятий, укомплектованностью профессиональными кадрами и наличием современной математической базы систематического накопления, обработки, оперативного и перспективного моделирования (прогнозирования) состояния водных объектов, а также исполнительской дисциплиной освоения выделяемых финансовых ресурсов. Согласно отчётам в 2015-2016 гг. общий объём по исполнению ФЦП «Развитие водохозяйственного комплекса РФ в 2012-2020 годах» из федерального бюджета за период 2014 – 2016 гг. составлял всего 65-69% от запланированных ежегодно. 

Основными инвесторами и источниками финансирования в водоохранные и водосберегающие мероприятия являлись предприятия – водопользователи. К 2015 г. инвестиции за счет средств водопользователей составили 88%, из бюджета субъектов Федерации – 5%, и из бюджета Российской Федерации только 4%. Ввод в действие мощностей с 1990 г. по 2015 г. сократился в 5 раз. Это говорит о том, что государство возложило решение проблемы на самообеспечение за счет водопользователей, в то время как в практике развитых государств, эта доля составляет не менее 50-60%.

Мировое сообщество в условиях энергетической и экологической безопасности постепенно приходит к новой реальности – природные водные ресурсы – товар. Водная масса в условиях капельного орошения в аридных зонах планеты – товар, водная масса в условиях ее запродажи в виде речного стока в системе Канада-США – товар, часть стока Красного моря при реализации проекта ЮНЕСКО для водообеспечения пустыни Негев в Израиле – товар, перераспределение части стока сибирских рек (28 км3/г.) в страны Центральной Азии – товар, транспортировка айсбергов из акватории Антарктиды для водообеспечения стран Ближнего Востока – товар. По основным базовым ресурсным характеристикам жизнеобеспечения Россия занимает одно из первых мест в мире (площадь территории и лесов, запасы полезных ископаемых, биологическое разнообразие и т.д.). Так, по годовому внутреннему возобновлению запасов пресной воды Россия стоит после Бразилии (5190 км3/г.) на втором месте (4119 км3/г. – среднемноголетнее значение). Объем эксплуатационных запасов пресных подземных вод составляет в России 32 км3/г.

Водопользование в России является относительно платным. Доходы выражаются в виде водного налога, а также в виде платежей за пользование водными объектами и платежей за негативное воздействие на эти объекты. Однако, тарифная сетка, принципы распределения существующего водного налога и ставки платы за пользование водными объектами не позволяют обеспечить не только развитие отрасли, но даже поддержание её в должном состоянии. Необходимо введение в жизнь принципа «вода платит за воду», принятого в большинстве зарубежных стран, который предполагает, что все доходы от использования пресной воды должны целевым образом направляться на охрану вод и развитие водохозяйственного комплекса. Но по нашему мнению, тарифы на водопользование должны быть дифференцированы по наносимому ущербу водному объекту конкретным водопользователем и его доходу, получаемому за счёт использования водных ресурсов.

Показательно, что в Австралии с 1998 г. действует специализированная биржа Water Exchange. Вода постепенно превращается в биржевой товар.  В этом случае будет реализована главная функция биржи – функция ценообразования, и вода получит справедливую цену, обеспечивающую выполнение основного закона рыночной экономики – спроса и предложения. Некоммерческим партнерством «Российское водное общество» совместно с МГУ им. М.В. Ломоносова и профильными институтами РАН создана действующая математическая модель биржевой торговли водой.

Тарифная политика и система нормирования сбросов использованных вод, сложившаяся  в водном хозяйстве страны, крайне неэффективна, и не только не отвечает интересам самой отрасли (не покрывает даже эксплуатационных затрат), но и не стимулирует рост эффективности водопользования в технологических отраслях и коммунальной сфере экономики, а гидроэнергетика практически освобождена от платы за водопользование. В консолидированный бюджет страны собирается чуть больше 20 млрд руб. в год, что значительно ниже необходимых средств на содержание водохозяйственного комплекса и на охрану водных объектов.

Поэтому в рамках единого централизованного управления предлагается финансирование отрасли осуществлять за счёт отдельной строки бюджета страны и поэтапно формируемого специального водного фонда с наполнением его за счёт введения дополнительных (но обоснованных) платежей водопользователей за воду, как за ресурс, и страховых платежей от землепользования на паводкоопасных территориях. На первом этапе (3-5 лет) наполнение водного фонда предлагается осуществить за счёт 50% финансирования из бюджета страны (30% – федерального и 20% региональных), 50% – за счёт льготных кредитов ЦБ с последующим переходом отрасли на собственное финансирование из водного фонда. Возможно (как вариант), для пополнения средств водного фонда целесообразно создать госпредприятие по добыче золота (драгметаллов) с реализацией его на внутреннем рынке России, а вырученные средства направлять в водный фонд, сокращая при этом бюджетное финансирование. Привлекаемые инвестиции направлять в водный фонд. Для управления финансовыми ресурсами отрасли, целесообразно создать Государственный Водный банк России с тремя филиалами – Европейским, Сибирским и Дальневосточным, а также водную биржу.

В Российской Федерации все государственные и частные структуры платят за использование воды – кроме гидроэнергетиков. Водная масса в реке и в подземном пласте – общенациональное достояние. Но 1 км3 воды, падающий на генерирующую емкость ГЭС, оторванный экологически и гидравлически от своего ложа – товар, также как товаром является вода на устье скважины. Внебюджетный рублевый фонд, созданный по принципу «вода-товар», обеспечит выработку условий получения физиологически чистой питьевой воды, безопасность гидротехнических сооружений, паводков и наводнений, станет источником финансирования структуры, управляющей водными ресурсами государства, а «водная биржа» – ее составляющей.

Водные ресурсы России пока не оценены, отсутствует основа экологического права в государстве. Капитализация поверхностного и подземного стока в Российской Федерации обеспечит устойчивый экономический и экологический баланс на Евроазиатском пространстве. Обладая огромным ресурсным, энергетическим и интеллектуальным потенциалом, Российская Федерация способна, взяв на себя неизбежные риски, минимизировать вызовы XXI века.

Одной из главных причин неудовлетворительного состояния управления водохозяйственной отраслью, по мнению Комитета Госдумы по природным ресурсам и экологии и ведущих специалистов отрасли, является размытость управления по 16 федеральным органам власти и субъектами РФ, что как минимум, не позволяет сконцентрировать финансовые ресурсы и скоординировать реализационные мероприятия разных отраслей на наиболее «узких» проблемных направлениях конкретных водных бассейнов. Кроме того, в рамках отдельного даже крупного отраслевого объекта невозможно смоделировать его негативное (позитивное) воздействие на весь водохозяйственный и природный комплекс бассейна. Но вполне возможно определить отраслевую эффективность планируемого объекта, если в качестве исходной информации централизованной управляющей структурой (через заказчика) ему будет задан диапазон параметров допустимого воздействия на водный объект (участок размещения, мощность, режим водопользования, базовые требования по охране и пр.). Это задача решается в СКИОВО.

Для принятия обоснованных стратегических и оперативных управленческих решений федерального и бассейнового уровня в рамках централизованной системы управления водным фондом предлагается организовать (восстановить) действующий на постоянной основе и с бюджетным финансированием Государственный проектно-изыскательский и научно-исследовательский (прикладные исследования) институт водного хозяйства России с тремя филиалами – Европейским, Сибирским и Дальневосточным. Проектирование конкретных реализационных мероприятий и объектов возможно осуществлять на договорной или конкурсной основе территориальными специализированными организациями. 

Согласно Положению в Росводресурсах созданы и действуют Экспертный совет и Научно-технический совет, обладающие лишь совещательными правами с  ограниченными функциями. Практически Агентство лишено (скорее юридически освобождено) права и законодательной ответственности за осуществление государственной экспертизы предпроектной документации и, соответственно, не несёт юридической и административной ответственности за реализуемые водохозяйственные и водоохранные мероприятия на водных объектах страны.

И последнее. Согласно прогнозам ООН, к 2050 г. в мире останутся лишь 3-4 страны, которые в целом не будут дефицитны по водным ресурсам, в том числе и Россия. Уже сейчас, подпираемая с юга остродефицитными по доступным пресным водным ресурсам странами Азии, Россия с одной стороны – вынуждена отстаивать свои национальные водохозяйственные и экологические интересы, а с другой – используя природные преимущества, при определённых условиях может получить новый экспортный продукт. Другими словами, в недалёкой перспективе пресная вода может стать как значительным источником пополнения бюджета страны и водного фонда, так и самым серьёзным фактором нестабильности и локальных вооружённых конфликтов. И не учитывать этих факторов в Водной стратегии недопустимо.

В связи с обострением природно-климатической ситуации и усугублении проблем в водохозяйственном комплексе России, РосГидроГео обратилось к Президенту России В.В. Путину с предложением о необходимости навести порядок в водной отрасли. Президент России поручил Минприроды России подготовить предложение по решению данной проблемы. В сентябре 2017 г. глава Минприроды России дал протокольное поручение РосГидроГео представить для рассмотрения проработанные предложения по целесообразности создания единой государственной водохозяйственной структуры управления водным фондом страны. Для подготовки предложений в кратчайшие сроки была образована Рабочая группа из высококвалифицированных специалистов-водников, которая в течение месяца выполнила поставленную задачу: однозначно подтвердила необходимость создания единой государственной структуры управления водохозяйственным фондом страны и представила в Минприроды России предложения по дальнейшей практической работе в данном вопросе. В ответе на обращение рабочей группы от 08.12.2017 г. говорится, что «…предложения по совершенствованию управления в области использования и охраны водных объектов и водохозяйственного комплекса, полагаем целесообразным базировать на совершенствовании действующей структуры управления, а также нормативной правовой базы регулирования соответствующих отношений». Иными словами – предлагается реформировать то, чего нет, т.е. единой водохозяйственной структуры по управлению и охране водного фонда России.

Надеемся, что в рамках новых Стратегии и Программы развития России на перспективу и соответствующей им реформы высших исполнительных органов власти будет учтена объективная необходимость введения единого и ответственного органа государственного управления водным хозяйством России.

 

В.Ф. ЛАДЫГИН,

почетный работник водного хозяйства

Ю.Г.БОГОМОЛОВ, к.г.-м.н.

С.М. ГОЛУБЕВ, к.г.-м.н.

 

Бюллетень

© 1998-2015, Национальное информационное агентство «Природные ресурсы»
При перепечатке ссылка на источник обязательна
Адрес: 142784, г. Москва, г.п. Московский, Бизнес-парк "Румянцево", офис 352-Г, НИА-Природа тел./факс: 8(495)240-51-27, e-mail: nia_priroda@mail.ru