Поиск:

ОТКУДА ДУЕТ СУХОВЕЙ

02.02.2016 21:48:00 

Навстречу съезду почвоведов России

В Брянской областной научной библиотеке им. Ф.И. Тютчева состоялись XXXIII почвоведческие чтения – аккурат в канун своего шестнадцатилетия. Выступивший на них уже в пятый раз д.с.-х., проф. Брянского государственного агроуниверситета, Заслуженный деятель науки РФ Е.В. ПРОСЯННИКОВ на сей раз предложил для обсуждения тему, с виду, суше некуда. Но только он, по словам председательствовавшего Г.Т.Воробьева, основателя чтений, может со знанием раскрыть столь сложную и вызывающую споры тему: «Совершенствование системы классификации почв – важный этап развития почвоведения».

Стремясь хоть в заглавии чуток оживить, сделать её менее суше, докладчик убрал слово «система». Но речь-то всё равно шла о разных подходах к различению почв – о системах именно. Начиная с самой первой, предложенной В.В. Докучаевым при создании науки о почве, эколого-генетической системы, и кончая современными. Официально не утверждённые, разнообразные новые начали «сосуществовать на равных», – одними признаваемы, другими отвергаемы. И что поразительно, заметил докладчик, в списках их авторов и научных редакторов встречаются даже одни и те же лица.

Некоторые из предлагаемых классификаций чем-то напоминают идущие к нам с Запада генетически модифицированные продукты, – поделился впечатлением после чтений один из их участников. Подобная «модификация» отечественного почвоведения прямо оправдывается «обогащением в процессе международных контактов», «почвенными исследованиями в тропических и субтропических странах», «усвоением практических достижений западноевропейских почвоведов» и «современного американского почвоведения». С этими новшествами связываются надежды на то, что «российское почвоведение» сможет теперь «тесно интегрироваться с мировой почвенной наукой».

Всё это вносит немалую сумятицу в умы почвоведов-практиков: старое порушено, и на какую же теперь систему классификации опереться? Да и в обучении будущих почвоведов – тоже. Дошло до того, признаётся Евгений Владимирович, что целый семестр обучал своих студентов применению одной из таких систем, пока не наткнулся в Интернете на принятый, но ещё тогда не опубликованный «Единый государственный реестр почвенных ресурсов России». В печати ЕГРПР, обязательный отныне для применения, вышел в 2014 году. В его основу легли, разумеется, и «усовершенствования» новейших из систем. В том числе – из так называемой «Субстантивно-генетической классификации почв», впервые опубликованной в 1997 г., а в последнем варианте – в 2004 г.

Если автор монографии «Почвы Брянской области» Г.Т. Воробьёв насчитал только на Брянщине 377 почвенных разновидностей, то новым реестром во всей России для удобств использования электронно-информационных цифровых технологий даётся описание всего 206 (и названы они «разностями»). Особенно же серьёзные и необъяснимые, по крайней мере, с докучаевских позиций, два новшества этой предложенной класиффикации – исключение ландшафтных и режимных, влажностно-климатических показателей. Родителями почвы, по В.В. Докучаеву, являются материнская порода, климат, рельеф, живые организмы и время. Двум родителям в этой чести отказано. Упор сделан на свойства почвы, как субстанции, существующей независимо (!) ни от чего другого. Этакая полная безродность. Вообще-то, в природе есть такие существа-космополиты – воробьи, например, или ещё злаковые растения. Но чтобы почвы?!

Следом вышел и карманный вариант этой классификации – «Полевой определитель почв России». Вводится и глобальный «общепочвенный язык» – WRB («Международная реферативная база данных о почвенных ресурсах»), нечто вроде искусственного языка эсперанто, только для почвоведов, без знания которого не примут к публикации за рубежом их работы. Не от него ли, принятого в 1998 г. в Париже, и пошли гулять в отечественной печати и в документах «ресурсы» применительно к живой почве?

Нет, не от «системы» в заголовке доклада подуло суховеем, а от двух слов – «совершенствование» и «развитие»: за ними, хотел того докладчик или нет, но в контексте нынешней социально-экономической действительности тут же занимают очередь пресловутые «оптимизация», «модернизация» и «стабилизация», с известным всем результатом. А маячит и «глобализация». И это одно уже способно насторожить.

Между тем, докладчик стремился объективно рассмотреть происходящее в родимой науке и даже оправдать некоторые из новшеств: дело-то и впрямь непростое. Для примера он задал загадку: «Как вы полагаете, сколько в мире почв?» Ну, подумалось, нашёл о чём спрашивать у искушённых. Но тут раздалось со всех сторон: «смотря, что считать, если типы почв – это одно…», «…а если виды…», «но есть же ещё и разновидности», «… и разности», «есть природные, но есть уже и антропогенно-нарушенные»…

Непонятица! Чтобы понимать друг друга (а главное-то саму почву!) надо прежде условиться о чём речь, – договариваться на одном с ней и самими собой языке. В почвенной системе таким профессиональным языком и является классификация – опознание «личности» по наиболее существенным признакам. Почва – не бессловесная, надо лишь задавать ей правильные вопросы. Это, как и с человеком: мало знать, что он земное, а не инопланетное существо и относится к классу животных, а в нём – к виду Homo sapiens (человеку разумному) и подвиду sapiens sapiens, но и немаловажно, какой национальности «дважды разумник» и какого государства гражданин, где, когда и от кого родился, где прописан (в прошлом, а теперь где зарегистрирован). Мало того, уже спрашивают, а каков твой дактилоскопический оттиск, в ближайшем же будущем – и генетический код…

К слову, именно генетическое, или русское, как его ещё именуют в мире, почвоведение и позволяет понимать язык живой почвы во всём богатстве её характерных признаков – от зарождения (генезиса) и до полного развития (неспроста, может, и в традициях русских после имени называть отчество).

… Так сколько же в мире почв? На «языке» американских учёных – более 11 тысяч, – закрыл свой вопрос докладчик. Но не исключено, что и побольше: в американской системе классификации, хоть и присутствуют элементы генетического подхода, но есть и налёт прагматизма – ради целей «рационального использования».

Напрашиваются некоторые аналогии. Одиннадцать ли тысяч или больше, но цифры эти сопоставимы, одного порядка с количеством языков в мире. Их тоже по разным системам классификации насчитывают от 6 до 7 тысяч. И вполне могло быть столько же сколько почв. Но именно «рациональный подход» сокращает число их со скоростью два языка в месяц. Да в одной той же Америке при «рациональном» освоении земель Нового Света было уничтожено около 700 (!) языков. Нередко вместе с их носителями.

Феномен количественной близости почв и языков косвенно подтверждает правомерность одного из свойств почвенного покрова – его сокровенное воздействие на человека в предложенных Г.Т. Воробьёвым «Основах учения о почвенном покрове». Философы-мистики твердят о неком «гении места», а в народе говорят просто: где родился, там и пригодился. И всяк свято помнит и чтит свою малую родину. Почве в этом отказали…

В своё время, осваивая материк, «новые американцы» приняли закон не о почве, а, ради выгод землевладельцев, о земле – «Акт о хомстедах», о домах-усадьбах с наделами земли. Истощив почвы, наиболее недальновидные из землевладельцев разорились. Может, ещё и поэтому сейчас в США учреждена Государственная служба по охране почв, с использованием, как обратил внимание докладчик, «и подходов национальных почвенных школ, в том числе российской». У нас же не только закона нет, но и такой службы по охране почв. Росприроднадзор, на который кое-кто уповает, не может заменить подобной службы, да он и почвоведов-то в своих подразделениях на местах не имеет…

Внешне безобидные термины в новых российских актах, вроде «почвенных ресурсов» и их «рационального использования» далеко не таковы. Когда почву ставят в ряд таких природных ресурсов, как полезные ископаемые (пусть даже золото и алмазы), как нефть, газ, лес, то уже закладывают тем самым и соответствующее к ней отношение. Она же, если и ресурс, то в ряду исключительно жизненно необходимых, незаменимых и по существу невозобновляемых – таких, как вода и воздух. «Создав почву, жизнь обрела вечность». Уберите почву из этой аксиомы, и жизнь всего, включая человека, прежде прочих, самого разумного-разумного, предрешена. Весь почвенный покров с его тысячами разнообразных почв – основа самой биосферы планеты, то есть биологического существования вообще. Так вправе мы этак урезать права почвы, а по существу собственные права на жизнь в погоне за прибыльностью землевладений?

А не надо и за море ходить за примерами: затеянная в России ликвидация Академии наук с её институтами, прежде всего фундаментальных исследований, тоже ведь преследует внешне благую цель: рациональное использование научного потенциала во имя самоокупаемости и прибыльности «здесь и сейчас», а не в каком-то там будущем. Хотя известно, что самыми прибыльными оказываются, в конце концов, результаты именно фундаментальных исследований.

Идёт борьба, да она и не прекращалась, за существование под солнцем. Мы стали свидетелями обострения этой борьбы в конце прошлого века и всё более явственно сегодня. Во всех сферах: политической, духовно-культурной, социально-экономической, научно-технической. Полем сражения стало и почвоведение – в нём ведь ключи от продовольственной безопасности страны. Суховей, откуда бы ни дул, иссушает почву, уничтожает на ней всё живое, а затем разрушает и её самую. Казалось бы, чисто научные дискуссии в поисках истины уже оборачиваются материально ощутимыми потерями. Как молвил один из участников чтений, «В.В. Докучаев дал нам ключи жизни, а мы их потеряли». А сказано было после того, как докладчик сообщил ошеломившую весть.

Все уже знают, что в субъектах РФ ликвидированы отделения Государственного проектного института землеустройства «Росгипрозем». Докладчик напомнил, что докучаевская система классификации легла в основу массового обследования почвенными партиями этого института всех земель страны. К 1990 г. уже каждое хозяйство получило почвенные карты, иные даже с трёхкратными турами обследования. С тех пор они уже не проводились, а сами почвенные партии вообще были уничтожены ещё прежде «Гипрозема». Наработанный ими массив документации остался единственным и пока незаменимым материалом для учёта земель, их хозяйственной оценки и кадастра. «Пока»? Но обследовать почвы по всё новым и новым классификациям некому. Одно утешение: зато мы «встраиваемся в глобальную науку о почвах».

И какова же судьба этих бесценных «удостоверений личности» каждой из почв? О ней можно судить по судьбе архива Брянского отделения «Росгипрозема». После его ликвидации он казался год тому назад бесхозным и подлежал сдаче в макулатуру. «И – что же?!», – ахнули участники чтений. У наших гипроземовцев, успокоил Евгений Владимирович, хватило ума позвонить к нам в аграрный университет и предложить забрать к себе. Целый грузовик привезли, но хранить-то негде, да и кому разбирать? Свалили в лабораторию, где аспиранты работают с пробами зерна. Но где зерно, там и мыши, сейчас спасаем от них… «Так передайте в библиотеку!», «Не спасёте, если не оцифруете и не переведёте в электронную память!», – раздавались предложения. Да только кто же и как теперь распорядится богатством, потерявшим хозяев и не обретшим наследников?

Не удивительно ли: у руля области один другого сменяют руководители-аграрии, а беспокоило ли это кого из них? А главное, не отражается ли в этой драматической истории, как в зеркале, судьба самих почв?

В настоящее время, конечно, появилась определенная надежда на нового Губернатора Александра Богомаза. Он ведь сам на земле нашей вырос и кандидат сельхознаук, и землю любит. Так может он и наведет, наконец, порядок с использованием и охраной почв Брянщины. Естественно без федеральной поддержки это будет сложно сделать. И участники чтений решили просить делегатов предстоящего в августе 2016 г. в Белгороде VII Всероссийского съезда почвоведов направить от имени съезда обращение в Государственную Думу о принятии, наконец, закона о почве, использовании и охране её. Обсудили и приняли проект самого обращения. В нём, в частности, напоминается народным избранникам, что однажды Госдумой уже предпринималась попытка принятия закона о почве, но далее обсуждения дело не пошло. И возникает предположение: а не по тому ли он лёг на полку, что в самой депутатской среде идёт лоббирование прав землевладельцев в ущерб прав почв, как бесценного достояния всего народа, государства Российского? Что называется, небеспочвенное предположение.

Александр НЕСТИК, Брянск

 

Бюллетень «Использование и охрана природных ресурсов в России»

© 1998-2020, Национальное информационное агентство «Природные ресурсы». При перепечатке ссылка на источник обязательна
Адрес: 108811, г. Москва, г.п. Московский, п/я 1627, НИА-Природа
Тел.: 8 (903) 721-43-65, e-mail: nia_priroda@mail.ru