Поиск:

ЖИВАЯ ОСИНА НА СПЛОШНЫХ ВЫРУБКАХ

04.12.2014 

Автор:  И.В. ШУТОВ, член-корр. РАН, г.н.с. СПбНИИЛХ

В июльском номере Лесной Газеты (№ 53) опубликована статья А.Ю. Ярошенко с предложением, оставлять на корню живые деревья осины на сплошных вырубках. В статье критикуется давнее правило, в силу которого при проведении сплошных рубок в хвойно-лиственных древостоях лесничие обязывают (или обязывали) заготовителей не оставлять на корню живые деревья осины. Если указанное происходило, это квалифицировали как недорубы, за что наказывали штрафами.

При проведении именно сплошных рубок, вышеназванное правило выглядит логично, если рассматривать его с позиции формальной логики. Однако в условиях нашей реальной жизни и работы в лесу (а именно, при отсутствии заинтересованных приобретателей древесины осины) такая логика к хорошему не ведёт. Выписываемые штрафы за оставленные «недорубы» вынуждали и вынуждают предпринимателей заниматься валкой, трелёвкой и вывозкой брёвен осины хотя бы до ближайшей границы лесного фонда, где их и бросают. Совокупный итог указанного:

– бесполезный труд и впустую израсходованные деньги, что сопровождается накалом соответствующих эмоций;

– отсутствие значимого влияния на появление обильной поросли осины на вырубке от оставшихся в почве её живых корней;

– дополнительное количество поврежденного подроста ценных пород в процессе валки и трелёвки деревьев осины.

– вызванное тем же самым дополнительное вредное уплотнение почвы и разрушение её верхнего горизонта;

– бесполезное изъятие из леса вместе с брёвнами осины заключённого в древесине и коре комплекса органических и минеральных веществ вместо обогащения корневого питания деревьев следующих поколений;

– захламление придорожных полос сельских дорог брошенными штабелями осиновых брёвен, которые в своей массе (все или почти все) поражены сердцевинной гнилью (главным сортообразующим пороком осины, в силу которого о ней говорят как о малоценной или даже «сорной» древесной породе).

При этом, как правило, забывают о позитивных особенностях осины – о том, что осина:

– лучший и наиболее распространённый в наших лесах вид быстрорастущего тополя, используемого в строительстве, для получения целлюлозы и в виде многих предметов обихода;

– чемпион по скорости роста в ювенильном возрасте и по выдающейся способности к естественному возобновлению;

– не содержит смолистых веществ, что освобождает производителей целлюлозы – от необходимости проведения недешёвых и «грязных» в экологическом отношении операций по экстрагированию смол.

Если бы не сердцевинная гниль ствола, осина могла бы стать одной из самых ширококультивируемых древесных пород на дендрополях-плантациях с рекордно короткими оборотами рубки. Если бы…

Опираясь на результаты уже проведённых исследований, выскажу надежду на то, что в будущем в России появится сорт гнилеустойчивой осины. Говорю об этом как о проблеме, имеющей очевидное стратегическое значение для страны. Именно стратегическое. Поэтому к её решению надо бы, не откладывая, подключить большие деньги и достаточные научные силы лесоводов и генетиков.

Вышесказанное обязательно надо делать. Вместе с тем, нельзя не отдавать себе отчёт в том, что и при решении названной задачи здоровые в их массе деревья осины появятся в наших лесах не скоро. Поэтому, не отрываясь от реальности, уверенно скажу, что мы ещё в течение многих лет будем иметь в экономически доступных лесах то, что там образовалось при нашем вынужденном или легкомысленном участии. А именно: возникшие на месте хвойных лесов обширные площади вторичных древостоев, в составе которых доминирует уже не хвойные породы, а осина с сердцевинной гнилью ствола и низкотоварная берёза. Как мы должны обходиться с ними в условиях уже возникшего и увеличивающегося дефицита ценной древесины хвойных пород?

Ниже названы два ответа на этот вопрос.

Первый (стратегический) – убедить руководство страны в необходимости незамедлительно начать проектирование и строительство сети современных предприятий, выпускающих востребованную на внешних и внутренних рынках товарную продукцию, сырьём для которой может быть то, что сегодня называют малоценной древесиной мелколиственных пород. Опыт других стран говорит: технически это возможно, если, конечно, найдутся деньги в виде долгосрочных кредитов. Сколько? Думаю не больше, чем сегодня страна тратит на организацию не самых крупных спортивных праздников. При всей весомости их в общественном сознании, позволю себе заметить, что праздники приходят и проходят, тогда как то, о чём сказано выше, даст долгосрочный и разносторонний стратегический эффект. Его главную составляющую часть я вижу в трансформации уже накопленных в стране обширных площадей «лесных» социально-экономических полупустынь во вновь заселяемых и продуцирующих территорий, где для миллионов людей таким путём были бы созданы условия для достойной жизни и работы, не только на предприятиях лесного сектора, но и в других параллельных структурах народного хозяйства.

Второй (реальный на сегодня) – внести в действующие правила проведения сплошных рубок особый пункт, согласно которому приносящая разносторонний ущерб рубка не востребованных предпринимателями деревьев осины должна заменяться их химической подсушкой, после которой отмершие деревья оставляют на корню для последующего разрушения на месте. Названная акция, подчеркну, должна проводиться летом до начала лесосечных работ, а не после их завершения.

Ни в коем случае нельзя оставлять на вырубках живые деревья осины, т.е. делать то, что предложил в своей статье А.Ю. Ярошенко. О том, почему нельзя, объясню чуть позже. А до этого коротко скажу о том, что такое подсушка деревьев осины на корню в аспектах её целей и технологии выполнения.

Целей не одна, а несколько. Об их совокупности можно сказать как об избавлении от всех тех ненужностей и убытков, имеющих место при извлечении из древостоев невостребованных покупателями растущих (т.е. живых) деревьев осины. Выше, в начале статьи, я уже перечислял эти вредные ненужности, поэтому назову только два главных экономических результата, которые мы получаем при подсушке на корню деревьев осины, не имеющих товарной ценности:

1) резкое (многократное) сокращение расходуемых материальных ресурсов, по сравнению с затратами на валку и вывозку из леса живых деревьев осины;

2) аналогичное резкое сокращение расходов на последующее осветление культур и подроста хвойных пород по причине не появления на вырубках корневых отпрысков осины от подсушенных деревьев.

Предпринимающиеся лесоводами действия для достижения вышеназванных результатов имеют примерно столетнюю историю. Её начало обычно связывают с тем, что делал Д.М. Кравчинский, бывший тогда профессором кафедры лесоводства в Лесном институте в С-Петербурге и одновременно лесничим Лисинского учебного лесничества. Он подсушивал деревья осины на корню путём их механического кольцевания – на высоте груди на стволе топором наносили два кольца перекрывавших друг друга насечек, затем удаляли находившийся между ними пояс коры. В дереве останавливали нисходящий ток созданных в кроне продуктов фотосинтеза, и в итоге происходило истощение корней и отмирание дерева. К сожалению, это не получило распространения в практическом лесоводстве по причине:

– довольно высокой трудоёмкости;

– растянутого на несколько лет процесса отмирания деревьев, что заставляло увеличивать интервал времени между окольцовыванием осины и проведением последующей рубки древостоя, что усложнило лесосечные работы;

– неотмирания крон и корней деревьев в случаях, если при снятии пояса коры случайно или намеренно была оставлена «перемычка» в виде, хотя бы узкой полоски живого луба.

Вышеназванное явилось толчком к поиску и оценке возможностей замены механической подсушки деревьев осины химической, т.е. инъекцией в ствол дерева определённых веществ. Практическое решение названной задачи в её завершённом виде далось нам далеко не сразу. В разное время в этой многолетней работе участвовал ряд сотрудников СПбНИИЛХ (ЛенНИИЛХ). В их числе были: Н.Е. Декатов, А.Б. Егоров, В.М. Степанов, Н.А. Пирогов, В.М. Сперанский, И.В. Шутов и др. Необходимо было решить следующие основные задачи:

– обоснование исходного ассортимента гербицидов для исследований был – многоступенчатый отбор гербицидов с низкой токсичность для теплокровных и других животных, быстрое разрушение в объектах среды, наличие разрешения на использование в сельском и лесном хозяйствах, зафиксированного в официальных документах;

– уточнение перечня заслуживающих внимания гербицидов на основе выявленного уже в экспериментах уровня их токсичности и скорости действия на осину, способности распространяться по стволу, а также влияния на её корнеотпрысковую способность;

– обоснование и разработка технологических регламентов проведения химподсушки осины с использованием веществ уже оценённых как перспективные (сроки операций, количество инъекций, дозы гербицида и др.);

– определение количества появляющейся корневой поросли осины от подсушенных деревьев или факта её не появления;

– фиксация сроков и особенностей процесса разрушения древесины ствола и кроны подсушенной и оставленной на корню осины;

– фиксация происходящих на опытных объектах изменений характеристик живого напочвенного покрова, а также изменений количества и состояния подроста хвойных пород;

– разработка конструкции специального древесного инъектора ИД-1, с высокой производительностью, комфортными условиями для оператора и автоматическим дозированием гербицидов. К сожалению, по общеизвестным причинам, данная работа «замерла» в институте на этапе опытного образца.

Не имея в своих руках специального инъектора, мы стали обходиться подручными средствами, как это изложено во Временном руководстве по инъекции арборицидов в стволы лиственных пород для предотвращения их возобновления на вырубках, утв. Рослесхозом 13 июля 1998 г.).

Названные выше рекомендации были проверены в производственных условиях в Псковской и Ленинградской областях. Проведённая перед началом лесосечных работ химическая подсушка деревьев осины позволила предотвратить смену осиной ели. Сегодня эти площади заняты высокопродуктивными еловыми древостоями с присутствующей там примесью лиственных пород. Наблюдаемый прирост ели по высоте – выше всех похвал! О проведённой ранее химподсушке деревьев осины напоминают лишь встречающиеся кое-где остолопы (т.е. сохранившие вертикальные положение нижние части мёртвых стволов) и лежащие на земле полусгнившие брёвна на которых местами уже поселились мхи и появился самосев ели. В принципе, такие объекты надо видеть. Для этого достаточно связаться с теми, кто эти объекты создавал и продолжает наблюдать. Ими являются: в Псковской области В.М. Степанов (8-921-119-07-45), а в Ленинградской – А.Б. Егоров (552-80-16). Может быть, близкое знакомство с тем, о чём рассказано выше, подвигнет не только лесоводов, но и заготовителей древесины к широкому использованию химической подсушки осины как малозатратной и экономически выгодной акции, позволяющей не только экономить деньги, но и противостоять – в ряде случаев – вызываемой сплошными рубками смене хвойных древостоев мелколиственными.

Далее об аргументах, в силу которых А.Ю. Ярошенко считает целесообразным оставлять на сплошных вырубках живые деревья осины.

Один из таких аргументов – ожидаемое увеличение биоразнообразия возникающих на вырубках новых фитоценозов.

По этому поводу сразу скажу: стремиться надо не к любому разнообразию ценоза, не к чему-то похожему на хаотичную смесь, а только к такому, при котором имеет место максимальное соответствие характеристик и самой жизнеспособности дендроценоза тем или иным почвенно-климатических условиям. К такому очень не простому, но глубоко дифференцированному соответствию природа приблизилась в процессе почти бесконечно долгого эволюционного процесса. Один из его главных результатов – коренные типы леса. Именно в таких типах леса лесной зоны наши хвойные имеют статус доминантов, а присутствующие здесь в виде примеси деревья осины, берёзы и других мелколиственных древесных пород выступают в роли страхового (ремонтного) фонда, а также в роли полезного участника почвообразовательного процесса и источника пищи для многих животных.

Можно ли представить себе нечто лучше, чем природные леса коренных типов в аспектах их средообразующей (экологической) роли, способности к автотрофному существованию в течение неопределенно длительного времени, и вместе с тем, являющихся для нашего социума не только источником ценной древесины, но и многих других благ? На поставленный выше вопрос уверенно отвечу: «Нет».

Также уверенно скажу, что обсуждение проблемы биоразнообразия лесов есть смысл вести не в форме «вообще», а, имея перед глазами его лучшие образцы и сопоставляя с ними то, что мы видим в лесу теперь. Именно такими образцами биоразнообразия являются созданные природой и не испорченные нашим непониманием или другими причинами коренные типы леса, к сохранению и воспроизводству которых мы обязаны стремиться.

Одновременно замечу, что данный азимут не должен быть утрачен в связи с тем, что сегодня мы в состоянии создать дендрополя-плантации, превосходящие природные леса по продуктивности фотосинтеза и, соответственно, по продуцированию древесины как сырья и топлива. Однако, такие дендрополя (как и посевы сельскохозяйственных культур) не способны к самовоспроизводству. Соответственно, уже в связи с этой, имеющей принципиальное значение, особенностью они должны восприниматься нами не как природные леса, а именно как дендрополя.

Упоминаю о вышесказанном ещё и потому, что в статьях А.Ю. Ярошенко (и не только у него) замечено стремление поставить знак равенства между денрополями и тем, что он называет «интенсивным лесным хозяйством». Названный подход к определению самого понятия «интенсивное лесное хозяйство» считаю в принципе неверным. Почему? Потому что:

а) ставший реальностью, он ведёт (не может не вести) к утрате созданного природой биологического разнообразия лесов – генетического, видового и фитоценотического;

б) самой высокоинтенсивной и «умозатратной» формой организации правильного во всех отношениях лесного хозяйства в хвойных, в хвойно-лиственных и твёрдолиственных древостоях являются имеющие в своей основе не примитивные, и от того дешёвые сплошные рубки, а «привязанные» к особенностям каждого таксационного выдела (или даже к каждой группе деревьев) добровольно-выборочные (например, по типу дауервальда).

Напоминаю о вышесказанном потому, что именно и только в последнем случае, благодаря взятому ориентиру на непрерывное естественное воспроизводство регулярно извлекаемых в каждом таксационном выделе определенных деревьев, мы можем, без уменьшения среднегодичных величин отпуска древесины в рубку, сохранить биоразнообразие лесов и, параллельно, улучшить характеристики древостоев. Всё это, замечу, СПбНИИЛХ получил в своём прошлом не «за столом», а в результате полувековой работы непосредственно в лесу в Карташевском лесничестве своего бывшего ОЛХ «Сиверский лес».

Кроме рассмотренной выше надежды на умножение биоразнообразия А.Ю. Ярошенко перечислил в своей статье и другие соображения в пользу оставления на вырубках живых деревьев осины. Ниже названы некоторые из таких соображений (далее цитирую):

1. «…В Вологодской области… в 90-е годы начала формироваться практика проведения рубок леса с оставлением на корню старых деревьев осины…», что он оценивает как позитивную инновацию. Следует отметить, что вышеназванное имело место гораздо раньше и в разных областях, где находились сырьевые базы леспрома. Только называли эти рубки тогда по-честному – не сплошными, а условно сплошными. Позднее они были запрещены в силу невыдуманных причин. Одной из них (главной) была получившая широкое распространение на таких вырубках смена бывших там ранее хвойных древостоев лиственными, в составе которых уверенно преобладали и доминируют сегодня осины и берёза. При не проведении, в силу известных причин, эффективных лесохозяйственных акций, этот «зелёный пожар» не получает распространения на сплошных вырубках только в самых бедных условиях местопроизрастания, где берёза не в состоянии перерасти ель и сосну, а осина вообще не поселяется или имеет вид низкорослых «торчков». Напоминаю о вышеназванном, для того, чтобы читатели знали: предлагаемое А.Ю. Ярошенко есть не открытие нового, а повторение того, что в нашем лесном секторе уже проходили, и что дало известный и весьма печальный результат.

2. «…Оставление на корню [живых] деревьев [осины] при значительной сомкнутости их полога (10-15% и более) прикрывают сохранённый при рубке подрост ели, сберегая его от иссушения, солнечных ожогов и обморожения при поздне-весенних заморозках». Следует иметь ввиду, что защитное влияние на подрост и культуры ели оказывают не только оставленные на вырубках крупные живые деревья осины, но также поросль осины и берёзы. Названное защитное влияние реально. Оно давно известно лесоводам, в том числе по результатам опубликованных фундаментальных исследований проф. Н.Е. Декатова, однако данный «позитив» с лихвой перекрывается мощным и драматическим в его следствиях «негативом», о величине которого и о его «анатомии» мы ещё будем говорить.

3. «…Природоохранная и лесоводственная значимость оставления на корню малоценных лиственных деревьев при проведении сплошных рубок леса очень велика». Но этот вывод не верен! То, что предлагается, соответствует исключительно коммерческим интересам леспрома, структуры которого были и остаются в нашей стране освобождёнными от ответственности за вызываемые ими разрушительные изменения важнейших характеристик лесов России, т.е. за то, какими будут наши леса завтра и послезавтра.

То, что изложено в статье, А.Ю. Ярошенко предлагает для использования в 11 субъектах Федерации, находящихся в европейско-уральской части лесной зоны России. Масштаб этого предложения заставляет обратиться к его фактологическому обоснованию. Таковое, в отличие от многих учебников и других публикаций, имеет в статье следующий скромный вид: «26-31 мая 2014 г. представители Гринпис России и … общественной организации СПОК совместно с представителями трёх предприятий-арендаторов лесных участков Вытегорского района Вологодской области… осмотрели десятки лесосек… Основная цель мероприятия состояла в оценке качества сертифицированного по системе FSC управления лесами». Всё это дополнено фотографией свежей вырубки с оставленным древостоем осины (полнотой примерно 0,3-0,4) и находящимися под пологом осины отдельными деревьями тонкомерной ели. По сути, то, что показано на фотоснимке, является типичной картиной хорошо известной лесоводам условно-сплошной рубки, при которой из древостоя берут только то, что представляет для заготовителей достаточную товарную ценность.

Как о важном, в статье также сказано, что три предприятия, представители которых участвовали в осмотре вырубок, давно практикуют оставление деревьев осины на лесосеках, и что их опыт «…заслуживает самого пристального внимания со стороны органов управления…, лесной науки и лесопользователей».

В связи с вышеназванной рекомендацией скажу, что вызываемые теми или иными рубками процессы смены пород в лесах никогда не оставались вне внимания лесоводов. Более того, буквально во всех учебниках лесоводства разных лет издания, а также во многих монографиях имеются большие или меньшие по объёму разделы, посвящённые проблеме смены пород в аспектах их причин, динамики развития, результатов и способов регулирования.

Опираясь на уже накопленные данные (свои и многих коллег) уверенно скажу, что по впечатлениям от однократного посещения объектов с теми или иными способами рубки древостоев вообще нельзя строить прогнозы о том, что на этих вырубках вырастет потом. Для этого, как минимум, необходимо:

1) знание свойств, определяющих конкурентоспособность и выживание интересующих нас древесных пород в образующихся на вырубках фитоценозах;

2) наличие надёжных данных о происходящих (на аналогичных, а лучше – на тех самых объектах) изменениях состава и иных характеристик древостоев во времени, исчисляемом не одним-двумя годами, а многими десятками лет. Как должно быть понятно, получить и накопить такую информацию непросто. Однако она есть.

Далее я коротко расскажу о той её части, которая имеет прямое отношение к интересующим нас четырем древесным породам, при их появлении на сплошных и условно-сплошных вырубках в чернично-кисличном типе лесорастительных условий.

Осина. От корней одного живого, оставленного на вырубке крупного пня, появляется несколько сотен, а в ряде случаев тысяч отпрысков осины, образующих неправильной формы круг с диаметром до 35 метров. При числе таких пней 100-200 штук на 1 га там образуются 80-100 тысяч отпрысков осины.

При зимней рубке деревьев корневые отпрыски осины начинают появляться летом, а пик их численности наступает через один-два года. Корневые отпрыски осины появляются не только от срубленных, но и от не срубленных деревьев, если они стоят в стене леса или на ином открытом месте.

Используя корни материнских деревьев и содержащиеся в них питательные вещества, корневые отпрыски осины имеют и реализуют в ювенильном возрасте мощную преференцию в скорости роста, по сравнению с сосной и елью, а также семенной березой. Довольно часто уже в возрасте двух лет такие растения осины имеют высоту 1,5 метра. Это позволяет им уверенно занять доминирующее положение по отношению к растениям других древесных пород того же возраста. В древостоях постарше опадающие осенью листья осины оказываются лежащими на поверхности почвы (в отличие, например, от берёзы и рябины) в совершенно плоском виде. Перегнивают они сравнительно медленно. Благодаря тому и другому, а также после того, как их придавит снег, масса таких опавших листьев осины образует на поверхности почвы нечто похожее на плотную рыбью чешую, препятствующую прорастанию семян и укоренению всходов других растений.

В числе других особенностей осины, усиливающих её конкурентоспособность, нужно упомянуть ещё о двух. Это:

а) позднее распускание почек, благодаря которому она «уходит» от повреждения поздними заморозками;

б) то, что она (главным образом, в молодом возрасте) является промежуточным хозяином одного из ржавчинных грибов. Самой осине гриб не причиняет заметного вреда. Однако его вызревшие на листьях осины споры часто прорастают на поверхности молодых побегов сосны, вызывая у неё болезнь, которую лесоводы называют вертуном. Всё это, как понятно, тормозит рост деревьев в высоту и по диаметру.

Кроме корневой поросли осина размножается ещё и семенами. Плодоносит она ежегодно и очень обильно. Однако в самом процессе смены пород на вырубках размножение осины семенами существенного значения не имеет. Семена осины быстро теряют всхожесть. Обнаружить растение осины семенного происхождения чаще удаётся в сыроватых местах, преимущественно там, где произошло вываливание деревьев ветром.

Берёза. Заселяет сплошные вырубки, главным образом, за счёт семян, образуемых ежегодно и в огромном количестве. Там, где появилась (появляется) корневая поросль осины, берёза вынуждена занимать прогалы между ней, предпочитая места с содранной подстилкой. В ювенильном возрасте на относительно богатых почвах берёза уступает в росте осине, но обгоняет ель и сосну.

Характерно, что, в отличие от осины, берёза выступает в роли опасного конкурента хвойных не только в условия южной тайги и смешанных лесов, но и там, где южная подзона тайги граничит со средней. Исправить «наступление» берёзы на ель и сосну можно только путём проведения непременно высокоинтенсивного ухода за составом молодняков.

Сосна. В силу ряда причин Д.Н. Кайгородов воспринимал эту древесную породу в наших лесах как царственную особу. К тому имеется ряд оснований. Из них мы называем только три. Это:

– неукротимое стремление расти, прежде всего, вверх, к солнцу, в том числе и тогда, когда, казалось бы, для этого нет сил, поэтому в перегущенных молодняках и жердняках разного состава у наблюдаемых там отмирающих деревьев сосны их текущий прирост в высоту не падает почти до нуля (как у ели), а до конца сохраняется на уровне 10-15 см;

– способность весьма успешно расти на хороших почвах и, вместе с тем, довольствоваться бедными, где другие не выживают или выживают с трудом:

– присущее сосне достойное качество и высокая цена её древесины.

Сосна оказалась в наших лесах главной фатальной жертвой происходящей на вырубках смены пород. Там, где вырубки с относительно богатыми почвами заняты корнеотпрысковой порослью осины и (или) обильным самосевом березы, сосна в силу вышеназванных причин исчезает «как класс». Ведущиеся иногда разговоры о том, что когда-нибудь, спустя очень много лет, сосна снова вернётся на эти территории, являются плохим утешением для тех, кто считает себя в ответе за то, что мы сегодня видим в наших лесах. О сути происходящего с сосной можно образно сказать так: это имеющее место на наших глазах превращение принцессы в золушку, которой оставлена возможность сохранить себя лишь в самых бедных условиях местопроизрастания, от чего отказались и отказываются другие. Что за этим последует? Очевидно, то, что наши дети и внуки смогут увидеть корабельную рощу сосны разве что в Русском музее на картине И.И. Шишкина, да еще где-то на особо охраняемых территориях.

Ель. Природа наградила ель удивительными особенностями, а также тем, что можно назвать «особой стратегией выживания». В отличие от сосны, ель в начале своей жизни стремится освоить корнями возможно больший объем плодородных горизонтов почвы и уже потом устремляется вверх. С одной стороны, она любит свет, стремится к нему и лучше всего растёт при полной освещённости. С другой стороны, она выживает при явном дефиците света. В отличие от сосны, именно теневыносливость ели позволяет ей сохранить своё присутствие хотя бы в виде редкого и угнетённого подроста даже там, где в полной мере доминируют осина и берёза.

В связи с вышесказанным, нередко приходится слышать оптимистические предположения о возможном возвращении ели на свои былые земли после того, как деревья осины и берёзы достигнут предела своей биологической спелости, т.е. примерно через 150 лет. В принципе, такая реставрация ели, очевидно, может иметь и где-то имеет место. Однако только при условии, если до разрушения деревьев осины и берёзы древостои не подвергнутся очередным сплошным рубкам. Таковые, в силу вынужденных обстоятельств, люди проводят. А состоявшись, уже по причине неизбежных следствий, новый тур сплошных рубок не может не закрепить господство на данной площади осины и берёзы.

Далее напомню о том, как относился к смене пород один из известнейших наших корифеев К.Ф. Тюрмер, чей высокий профессионализм еще никем не был взят под сомнение. Цитирую: «Есть … такие лесничие, которые вне себя от негодования, если [им] говорят, что осиновыми насаждениями [они] стараются скрыть свое нерадение и неумение возобновить хвойные породы. По их мнению, осина играет роль няньки следующих будто бы за нею более ценных древесных пород. Если главная цель лесного хозяйства, по мнению этих господ …, состоит … в воспитании осины, то им следовало бы также прибавить, что все лесные учебные заведения излишни, и что ныне существующие должны быть закрыты, т.к. для воспитания осиновых насаждений не требуется особых научных знаний. [В отличие от таких господ]… «мы … будем всегда считать преобладание [осины] в … лесах свидетельством дурного хозяйства» (Пятьдесят лет лесохозяйственной практики, 1891).

В заключение ещё раз скажу: нельзя спонсировать ущербный во всех отношениях процесс смены хвойных лесов мелколиственными путём оставления на сплошных вырубках живых деревьев осины. Если эти деревья нельзя с выгодой продать, их не надо извлекать из леса. Вместо этого, чтобы противодействовать смене пород, такие деревья надо подсушивать на корню и оставлять для постепенного разрушения на месте в качестве природного комплексного удобрения лесных почв.

Бюллетень

© 1998-2015, Национальное информационное агентство «Природные ресурсы»
При перепечатке ссылка на источник обязательна
Адрес: 142784, г. Москва, г.п. Московский, Бизнес-парк "Румянцево", офис 352-Г, НИА-Природа тел./факс: 8(495)240-51-27, e-mail: nia_priroda@mail.ru